Металлург 1990г. №4 Чугунное кружево из Нижнего Тагила

Стояла морозная январская ночь 1764 года. У литейной Нижнетагильского завода Демидовых горели костры, толпился народ. Возчики в широченных тулупах дышали на ладони, подтягивая подпруги на заиндевелых лошадях. На длинных узких санях мужики крепили большие плоские ящики. Смолисто пахло от свежих янтарных сосновых досок и опилок, сыпавшихся в непроконопаченные щели. Ящики крепились добротно, пеньковые веревки натягивали как струны. Мужики упирались ногами в продольные брусья, ядрено крякали, затягивая концы пеньковой скрутки. Сизов торопил — за день не успеть до ближайшего становья, а чугунные кружевные створы ворот, что упакованы в ящиках, к весне должны быть в Москве у Прокофия Акинфича на подворье. «…Езжайте ноне до рассвета, авось к ночи будете на почтовой!».

Долог зимний санный путь через леса и долины, через замерзшие реки без малого две тысячи верст (железная дорога была построена в России только через 73 года, да и то коротенькая, всего 27 верст от Петербурга до Павловска). Прибыли в Москву на Калужскую дорогу в начале весны, под самую распутицу… Сейчас эти удивительной красоты ворота и ограда стоят близ Третьяковской галереи, в Большом Толмачевском переулке, д. 3.

И у ворот, и у ограды сложная история. Таких ворот в Москве двое (вторые находятся в Донском монастыре, сразу за собором, в густом кустарнике, окрашены белой масляной краской и ведут «в никуда»). Когда-то они украшали усадьбу Демидовых на Шаболовке, усадьбу снесли, а ворота сохранили; они много лет одиноко стояли на пустой площади, а вокруг них на конечной остановке разворачивались трамваи. Отсюда и перенесли их в Донской монастырь. Да и ограда в Толмачевском переулке делалась не для этого дома. Она обращает на себя внимание и красотой чугунного литья, и полным несоответствием барочного рисунка ограды классическим формам здания, созданного М. Ф. Казаковым для бывшей городской усадьбы В. Демидовой, где ныне размещена Государственная научная педагогическая библиотека им. К. Д. Ушинского АПН СССР. Ограда отделяет скромный парадный двор перед зданием от улицы. В узорном плотном рисунке решетки читаются формы причудливого садового павильона, ее звенья представляют собой густое, прихотливо скомпонованное плетение стеблей растений и цветов. За такой оградой легко представить сад с экзотическими растениями, а не парадный двор перед особняком эпохи классицизма.

Рис. 1. Чугунная литая ограда дома №3 по Большому Толмачевскому переулку

Она и создавалась в середине XVIII века для ботанического сада горнозаводчика П. А. Демидова, а в Б. Толмачевский переулок была перенесена после 1827 года. Первое упоминание об этой ограде относится к 60-м годам XVIII века, когда петербургский ученый-ботаник П. С. Паллас посетил Прокофия Демидова в его загородной усадьбе в «Нескучном» с целью ознакомиться с его коллекцией растений. Вот что писал П. С. Паллас в каталоге растений в саду Демидова: «…сей сад заведен вместе с преогромным домом около 1756 года… сад идет от двора к Москве-реке уступами… верхняя площадка отделяется от двора прекрасною железною решеткою». Паллас привел в своем каталоге гравюру сада, на которой изображена поразившая его ограда. Он употребил слово «железною» не потому, что различал литье и ковку, а в смысле «металлическою решеткою». Великолепные чугунные ворота, створы которых не собраны из отдельных секций, а отлиты цельными, также принадлежали усадьбе в «Нескучном». Затем, после продажи усадьбы, их перенесли в другие владения Демидовых, которых в Москве было множество. Большинство их было построено уже в эпоху классицизма (конец XVIII — начало XIX века), и для их украшения владельцы применяли изделия из чугуна, выполнявшиеся на уральских заводах по моделям XVIII века.

Особенно богато было представлено художественное чугунное литье в Слободском доме Н. Н. Демидова. Чугунные статуи, бюсты, пьедесталы, решетки, ворота украшали усадьбу, в саду были расставлены чугунные кресла, стулья, вазы — все говорило о высоком мастерстве демидовских крепостных литейщиков. В частности, именно в архивных материалах, относящихся к обустройству Слободского дома, А. Е. Гарпенко удалось установить, что автором интересующей нас ограды является Ф. С. Аргунов (1732—1768 гг.), архитектор графа Шереметьева. Отливались решетки и ворота на Нижнетагильском заводе Демидовых крепостным мастером Д. Т. Сизовым в 1764 году.

Рис.2.1, рис.2.2. Фрагменты ворот.

Ограда принадлежит к редким по мастерству исполнения произведениям чугунного литья. Ее узор «расцветает» с неповторимой непринужденностью, тонко проработана фактура каждого завитка, к барочным мотивам примешивается яркая декоративность рококо. Особой свободы компоновки и какой-то раскованности добиваются мастера в композиции створов ворот. Тайна красоты их постигается при внимательном изучении плавного незавершенного бега чугунных ветвей, как бы сдерживаемого кругом центра и общей симметрией створов, они действительно «создают ощущение перекатывающихся волн вспененного чугунного кружева».

Столбы ограды и пилоны ворот украшены чугунными плитами и пилястрами, поверхность которых покрыта тонким невысоким рельефом с изображением гирлянд цветов и плодов, само литье которых является редким образцом прекрасного искусства декоративного барельефа. На столбах ограды и пилонах ворот установлены вазы на ажурных, изысканной формы чугунных постаментах. Ворота имеют цельнолитые створы и верхнее ажурное завершение.

Рис.4. Фрагмент столба ограды с вазой на ажурном чугунном постаменте

Рис.5. Деталь литой чугунной плиты, украшающей столбы ограды

Прясло ограды состоит из шести элементов, установленных в закрепленном на цоколе специальном профиле. Элементы имеют значительные размеры (ширина 90 см, высота от 240 до 300 см) и при монтаже соединены между собой хомутами. В промежутках между каменными столбами решетка поддерживается двумя фигурными подкосами.

Изготовление литых садовых решеток — дело сложное, так как их отливки имеют большие размеры, сравнительно небольшую толщину стенки и большое число просветов. При изготовлении литейной формы формовщику приходится иметь дело с большим числом «болванов» (выступов) различных размеров, которые затрудняют удаление модели из формы и могут быть легко смыты металлом при заливке. Отливку таких решеток производят обычно по неразъемным, разъемным моделям, а иногда и моделям с отъемными частями; для удобства формовки разделяют модель на отдельные части, представляющие собой повторяющуюся деталь композиции орнамента. В процессе монтажа отдельные части решетки собирают в звенья.

Рассматриваемые нами решетки ограды и ворот демидовского дома по технологии выполнения являются одними из самых сложных. Элементы звена ограды и створов ворот имеют симметричный рисунок, что позволяет применять для изготовления створов одну, а для ограды — две модели. Тонкость, высокая плотность, сложность проработки двустороннего рисунка решеток, их значительные размеры и большая повторяемость могли быть обеспечены только применением разъемных металлических (латунных или бронзовых) моделей. Такие модели являются лучшими для изготовления как мелких, так и сложных художественных отливок. Модели из медных сплавов не ржавеют, хорошо воспринимают и сохраняют чеканку их поверхности. Обработанные латунные и бронзовые модели имеют чистую, гладкую и плотную поверхность. В процессе формовки к поверхности таких моделей формовочная смесь не прилипает. Модели хорошо вынимаются из формы, оставляя на ее стенках четкий ясный отпечаток своей поверхности и хорошо паяются, что облегчает их изготовление.

Отлитые решетки после выбивки форм, очистки и отжига подвергались механической обработке и чеканке для восстановления резкости отпечатка, утраченной в процессе изготовления формы и ее заливки, до резкости и тонкости проработки деталей модели.

Русские архитектурные отливки из чугуна издавна славились ажурностью и прекрасным исполнением. Решетки ограды и ворот, рассмотренные нами, — это замечательное произведение литейщиков-тагильчан, вписавших прекрасную страницу не только в историю чугунного литья Урала, но и в историю русской монументально-декоративной пластики.

Фото А. А. ТЕЛИЧКО